love
  • myster

притча про двух рабов


Один хозяин от богатств своих
Двух приобрел рабов недорогих.

И речью, что дается всем нам в дар,
Стал купленный испытывать товар.

Известно: наша речь на первый взгляд
Иль сахарный сироп, иль горький яд.

Слова, что плохи или хороши,—
Лишь занавес пред сводами души.

Людская речь — завеса, а за ней
Порою клад, порою жало змей.

Скажу точней: за каждым словом — клад,
Но клад, который змеи сторожат.

Collapse )
love
  • myster

притча про обжору


Один должник, не возвративший долга,
Был заключен в узилище надолго.

И, поедая все за семерых,
Он стал бедой для узников других.

Иные славились едою скорой,
Но где угнаться им за тем обжорой!

Всяк тот, чей путь не озарен Кораном,
Жрет, словно нищий, даже став султаном.

Тюрьма, что и была не райским садом,
С тем объедалой стала сущим адом.

Collapse )
love
  • myster

еще одна притча про осла


На эту притчу обрати вниманье,
Она о том, как вредно подражание.

Почтенный суфий, истины носитель,
Пришел в странноприимную обитель.

Он знал о злоключениях собрата,
Чей не ухожен был осел когда-то.

И потому, чтоб не случилось зла,
Сам накормил и напоил осла.

Лишь после этого свое владенье
Оставил он слуге на по печенье.

Но что провидеть можем мы — рабы
Недоброй или доброй к нам судьбы?

Collapse )

love
  • myster

человек с блестящими перспективами

Жил когда-то человек по имени Моджуд. Жил он в небольшом городке, работал мелким служащим, и было похоже на то, что он так и кончит свои дни инспектором мер и весов.
Однажды Моджуд прогуливался по парку среди древних развалин неподалеку от своего дома, и вдруг перед ним в сверкающих зеленых одеждах появился Хызр, таинственный путеводитель суфиев.
- Человек с блестящими перспективами, оставь свою работу и жди меня через три дня на берегу реки, - сказал Хызр и исчез.
Чувствуя неизъяснимую тревогу, Моджуд отправился к своему начальнику и попросил освободить его от должности. Весть об этом вмиг облетела жителей городка. В уличных разговорах только и слышно было: "Бедняга Моджуд! Он, наверное, рассудка лишился". Но так как на его место было много претендентов, его вскоре забыли.
Collapse )

Идрис Шах. "Сказки дервишей"
love
  • myster

Лев в хлеву


Исполнил некто свой дневной урок
И в хлев быка поставил под замок.

А ночью лев, засова не задев.
Сожрал быка, проникнув с крыши в хлев.

Он сытый лег на месте, где привык
Валяться по ночам покойный бык.

Пошел хозяин, чем-то озабочен,
Свою проверить собственность средь ночи.

Во тьме он гладил львиные бока,
Считая, будто гладит он быка.

И думал лев: «Благодари Аллаха,
Что здесь темно, а то хлебнул бы страха!»

Пер. Н.Гребнев
love
  • myster

История о суфии и нерадивом слуге


Однажды суфий, путник запоздалый,
На некий двор заехал постоялый.

И старого осла, свое владенье,
Оставил он слуге на попеченье,

А сам расположился в общем зале,
Где путники питья и пищи ждали.

Там в созерцанье суфий погрузился
Пред тем, как напитался и напился.

Нам всем известно: книги — кладезь знанья,
Но книги суфиев — лишь созерцанье.

Те книги — белый снег — оплот Ислама
Сотворены без помощи калама.

Иных в тех мудрых книгах знаков нет —
Лишь созерцанья свет да странствий след.

Но блюдо с пловом внес служитель в зал,
И суфий созерцание прервал.

Collapse )
love
  • myster

Спор китайцев с румийцами


Рекли китайцы: «Ведомо заране,
Соперников нам нет в живописанье».

Румийцы внятно отвечали им:
«И мы владеем ремеслом своим!»

«Ну что ж,— сказал султан мужам умелым,—
Кто лучше, пусть докажет каждый делом!»

И согласились, чтоб пресечь раздор,
С китайцами вступить румийцы в спор.

В покое поместили их просторном
И разделили занавесом черным.

Collapse )
kinks
  • myster

разговор глухого с больным


Один глухой по множеству примет
Определил, что заболел сосед.

И сам себе такое молвил слово:
«Мой долг священный навестить больного!»

Так порешил он, но подумал вдруг:
«Больной ведь слаб, а на уши я туг...

А впрочем, мне не надо опасаться:
Что скажет он, нетрудно догадаться.

С любым больным немудрена беседа.
«Как чувствуешь себя?» — спрошу соседа.

Ответит он: «Легчает понемногу!»
И я одобрю: «Ну и слава богу!»

«Что ешь?» — спрошу и, чтоб он ни изрек,
Скажу: «Пойдет пусть эта пища впрок».

«Кто пользует тебя?» — спрошу больного.
Он молвит имя лекаря любого.
Collapse )
love
  • myster

(no subject)

Вышла такая книжка:



"Маснави - суфийская поэма, созданная великим Мастером, основателем суфийского братства Маулавийа шайхом Джалал ад-дином Руми, по праву входит в число шедевров мировой литературы. Едва ли в поэзии за все время ее существования найдется нечто подобное, что столь органично включало бы огромный объем цитат из какого-либо священного текста - так, как это сделано в Маснави с использованием Корана и пророческих преданий. Во многом поэтому, спустя почти два века после появления Маснави, другой суфийский поэт из братства Накшбандийа 'Абд ар-Рахман Джами назвал ее Кораном на персидском языке. Текст Маснави, написанный в XIII в. по Р. X., и поныне пользуется колоссальной популярностью во всем ираноязычном регионе как в изустном бытовании, так и в письменной традиции, что уж говорить о последователях суфизма, которые приникают к нему как к кладезю мистического опыта Мастера с большой буквы.
Настоящее издание, подготовленное к отмечаемому в 2007 г. 800-летнему юбилею со дня рождения Руми, представляет собой филологический перевод на русский язык 4003 байтов, составляющих первый из шести дафтаров (тетрадей) Маснави, общий объем которых насчитывает 25 632 байта. Перевод текста выполнен на основе Кунийского списка, отредактированного самим автором, сопровожден необходимым комментарием на основе самых надежных толкований, снабжен несколькими указателями, а равно оригинальным текстом первого дафтара для специалистов, владеющих фарси."

Перевод не стихотворный, но построчный. В основном Акимушкина, плюс нескольких других переводчиков.
love
  • myster

Рубаи

взято с www.simurg.ru



Камзол бутона тесный в восторге разорвал
Цветок - и на престоле красою засиял.
Но царствовал недолго он в нашем цветнике:
Лицо твое увидел: от зависти завял.

* * *

Я с милой проходил цветущим садом,
Нечаянно цветка коснулся взглядом.
Она воскликнула: "Неверный, постыдись!
Куда ты смотришь? - Я с тобою рядом!"

* * *

Небесное вино моя красотка пьет,
Рубины алых губ струят нектара мед.
Я милых уст рабом согласен быть навеки,
Когда б умел молчать прелестный этот рот.

* * *

В бреду я с жаром называл то кубки, то вино,
Упоминал я дичь, силки, жемчужное зерно.
Потом о золоте твердил и чистом серебре, -
Влюбленному мой бред ночной понять немудрено.

* * *

На меня, на несчастного, милая нежно взглянула,
Рассмеялась она, к моему изголовью прильнула,
По щеке потрепала, шепнула: "О бедненький мой,
Ты растрогал меня..." И объятья сама распахнула.

* * *

Флейта сказала: "Я стеблем зеленым росла.
Острым мечом меня злая рука подсекла.
Сделал меня утеснитель поющей игрушкой,
И оттого моя песня, простите, грустна".


перевод Н. Стрижкова